О школе Хэян Цзя (鶴洋家)

Основателем школы считается легендарный даосский наставник Чжан Хэян (кит. 张鶴洋), по имени которого и названа школа. Т.е. Хэян Цзя (кит. 鶴洋家) можно перевести с китайского как «Школа господина Чжана Хэяна».

Именно Патриарх Чжан Хэян систематизировал существующие даосские практики и добавил собственные, создав тем самым новую школу, базирующуюся на традиционных даосских принципах.

Стоит сказать, что Учение о взращивании жизненности (кит. 养生学) восходит к легендарному правителю древности — Желтому Императору (кит. 黃帝), как считается, жившему в период с 2698 – 2598 гг. до н.э. Будучи ученым мужем, владеющим множеством даосских искусств, Желтый Владыка оставил после себя важнейшее произведение — «Хуанди Иньфу цзин», описывающее даосскую практику достижения состояния святого Бессмертного.

В 2205 г. до н.э. Поднебесной стал править Великий Юй – покоритель потопа. Даосская традиция по сей день хранит наследие Тай Юя, в особенности двигательные практики и знаменитый «юев шаг».

Эпоха Борющихся царств (Чжань-го, V— III вв. до н. э.) была кровавым и мрачным временем в китайской истории, эпохой войн, сражений, переворотов и прочих злодеяний. И при всем при этом именно тогда в Поднебесной был расцвет даосской философии и практики. Именно тогда Лао-цзы на заставе Инь пишет трактат в «пять тысяч иероглифов» — «Дао Дэ цзин». Данное произведение вызывает вокруг себя множество споров, так как имеет многоуровневую структуру. Имея глубокий внутриалхимический смысл, трактат как правило поверхностно трактуется как общефилософское произведение. И лишь практикующие даосы способны понять его истинное значение.

С тех пор зарождались и исчезали сотни (если не тысячи) даосских школ. Наиболее известные из них следующие: северная Цюаньчжень Дао, а также южные Удоуми Дао (в последующем Тяньши Дао) и Шанцин.

Северная и южнодаосская традиции достаточно сильно различаются. Если первая уделяет особое внимание совершенствованию этического начала и изначальной природы сознания, то есть тому, что даосы называют работе с Син (性). То вторая в центр практики ставит совершенствование жизненности, или то, что даосы называют работа с Мин (命). Такой подход кажется не совсем правильным, но в общих чертах позволяет понять особенности северной и южной культуры Китая.

Так вот в 142 году появилась южнодаосская школа Удоуми Дао (五斗米道), основателем которой был Патриарх Чжан Даолин (кит. 張道陵). Почитаемый как небесный бессмертный он создал первую устойчивую религиозную организацию, практикующую преимущественно литургическую (ритуальную) практику, в большинстве своем удовлетворяющую требования мирян. Хотя наибольшую популярность Удоуми Дао получила в среде аристократии. Ныне эта школа популярна в южных провинциях Китая и известна как Чжен И Дао (Путь истинного единства, кит. 正一道).

В 3 веке большое распространение в Китае получает буддистское учение, которое сильнейшим образом воздействует на Даосизм. 4-5 века стали временем активного формирования новых даосских школ и направлений, существовавших совершенно независимо друг от друга.

В 364-370 гг. в горах Маошань (южная провинция Цзянсу) молодой даос по имени Ян Си (кит. 楊羲) получил небесную передачу и стал основателем новой школы – Шанцин (Высшей чистоты, кит. 上清派). Занимаясь практикой Цинши Патриарх Ян получал наставления, которые впоследствии были занесены в трактат «Чжень гао». Особенность данного направления заключалась в том, что оно гармонично соединило сложные внутриалхимические методы совершенствования с литургическим символизмом школы Небесных Наставников. К сожалению, многие даологи знакомы лишь с текстами данного направления в отрыве от живой традиции, что и объясняет не совсем верное отношение к Шанцин. Ошибочно считается, что базовой практикой в Шанцин Пай является практика цунь сян.

Не раз высказывалось мнение о родственности школ Шанцин Пай и Хэян Цзя. Некоторые даже склонные относить Хэян Цзя к Маошанскому направлению даосизма. Главным аргументом здесь является наличие Чжень менгун (Даосской йоги сновидений, кит. 真梦功), как считается, свойственной лишь этому направлению.

В период правления династии Тан (618-907 гг.) даосизм испытывает сильнейшее буддистское влияние, которое проявляется в возникновении института монашества, изначально чуждого Традиции пестования жизненности. Изначально даосы были категорически против буддистского идеала целомудрия, признавая его противоестественным и нарушающим основные ритмы и законы мироздания. «Тай пин цзин», к примеру, называет целомудрие «великим злом», нарушающим нормы Неба и Земли (Инь и Ян).

И все же в 12 веке наставник Ван Чюньян основал новую северную школу, которая была одновременно предназначена как для монахов, так и для мирян. Школа эта называлась – Цюаньчжень Цзяо (Учение Совершенной Истины, кит. 全真教). Ее доктрина обязывала последователей принимать монашеский обет, создавала четкую регламентацию монашеского поведения, в центр практики ставила нравственное совершенствование (Син (кит. 性), отодвигая практики работы с жизненностью (Мин (кит. 命) на второй план. Кроме того, Учение Совершенной Истины провозглашало «Единство Трех Учений» (Сань цзяо гуй и) — даосизма, конфуцианства и буддизма, заимствовало идеи, использовало смешанную терминологию. В результате получило распространение по всему северному Китаю, где и является по сей день господствующим направлением.

Наиболее губительным временем для духовной культуры Китая стала «Великая пролетарская культурная революция» (1966-1976 гг.). Все даосские храмы и монастыри были закрыты, духовенство разогнано. Даосы скрывали свою принадлежность к Пути взращивания жизненности, вследствие чего наблюдался колоссальный упадок традиции, которая была на грани исчезновения. Глава религиозной даосской организации – 63-ий Небесный Наставник – иммигрировал на Тайвань и основал там свою резиденцию. В Китае практически не осталось даосских наставников.

Но после реформ Дэн Сяо-пина в 1978 г. положение стало меняться в лучшую сторону. В 1980 г. было вновь воссоздано Даосское общество Китая (Чжунго даоцзяо сехуэй, кит. 中国道教协会), правда с некоторыми оговорками. В эту организацию входят всего две школы – северная Цюаньчжень и южная Чжен И. Притом членов первой в 3-4 раза больше, что фактически сводит к нулю власть 65-ого Небесного Наставника – господина Чжан Юаньсяна (кит. 张源先) – главу южного даосизма.

В тоже время существуют сотни малых (иногда семейных) даосских школ также не представленных этой организацией. Одной из таких «малых» школ и является Хэян Цзя (кит. 鶴洋家).

Существует несколько версий относительно возникновения данной школы. Самая распространенная гласит, что первым Патриархом был даос по имени Чжан Хэян, живший в горах на территории современной провинции Цзянси. После долгого отшельничества он встретил своего Учителя, передавшего ему истинный Метод реализации Син и Мин, завершения пилюли бессмертия и обретения состояния святого бессмертного. Наставник Чжан оставил после себя трактат, подробно описывающий все стадии внутриалхимического процесса.

В 10 веке господин Чжан Хэян покинул южные горы и отправился на север Китая. Там нескольких одаренных практиков он принял в ученики. Как гласит легенда, одним из таких учеников был, почитаемый на горе Хуашань, Чэнь Туань. В последствие господин Чэнь обрел бессмертие и вознесся на Небеса.

Другим же способным учеником был Фэн Чи. Именно день, когда Чжан Хэян передал Учение господину Фэн Чи и считается днем основания школы Хэян Цзя.

Эта Школа никогда не была монастырской, а скорее тяготела к отшельничеству. Практика как правило начиналась в миру (некоторые даосы начинали в монастырях), а в последствии на более высоких уровнях совершенства продолжали ее в отшельничестве.

Таким образом, практически тысячу лет Учение о реализации Дао изустно передавалось от Учителя к ученику.

По другой же версии, название школы выражает не столько имя ее основателя, столько конечную цель практики реализации Дао. Слово «Хэ» «ян» состоит из двух иероглифов: первый можно перевести как «журавль» (кит. 鶴), традиционный китайский символ Бессмертия, указывающий Путь культивации жизненности. Второй же иероглиф (кит. 洋) означает «безграничность», «бесконечность», «вечность», знаменующий выход за пределы обыденности в сферу сакрального и вечного.